В любой сфере есть люди являющиеся образцом для подражания. Чей пример достоин уважения. В Интернет-бизнесе таким счеловеком по праву считается Юрий Мильнер. Он совладелец большинства успешных российских Интернет-проектов. Да и во многих мировых имеет свою долю.
Как то я размещал на своем блоге "Интервью с Юрием Мильнером, российским бизнесменом №1 в 2010 году". И вот новый материал. Первоисточник
здесь
Журналистка Forbes Парми Олсон (Parmy Olson) провела один день с русским «техно-миллиардером» Юрием Мильнером, совладельцем DST Global и Mail.ru Group. По итогам этой и других встреч она написала статью и рассказала в своем блоге о том, кто вдохновляет 49-летнего предпринимателя, что представляет собой его московский дом, и почему он до сих пор обижен на старшую сестру. Ниже предлагается сокращенный перевод заметок журналистки Форбса.
В оригинале материал называется
A Day In The Life Of Yuri Milner, Web Billionaire или Один день из жизни Юрия Мильнера, Интернет-миллиардера
Когда я первый раз брала интервью у Мильнера в январе прошлого года, было очевидно, что бывший физик и только что попавший в список Forbes русский миллиардер был не прочь поразмыслить над ответами. В целом он держался расслабленно, но осторожно, говорил с русским акцентом, но со вполне американскими нотками в голосе, и разговоры о социальных сетях перемежал почти дзеновскими паузами. Все, кто общался с ним, отмечали, что он никогда не рассказывает лишнего ни о своих инвестициях, ни о планах на будущее.
В этот раз я встретилась с Мильнером в Москве и провела с ним почти весь день, пытаясь понять, что представляет собой этот человек, и чем он занимается. Обнаружилось следующее: Мильнер очень скромно одевается (голубая рубашка, темные брюки и свитер на молнии), предпочитает всегда держаться в тени, внешне очень спокоен, но при этом работает, как маньяк, и невероятно сфокусирован на деле. Несмотря на то, что социальные сети — основной объект его инвестиций, в Фэйсбуке у него всего 57 друзей, а в Twitter он вообще не пишет – складывается образ, очень похожий на владельца ночного клуба, который сам никогда не развлекается на танцполе, потому что слишком занят составлением списков гостей и подсчетом выручки.
Мильнер любит ресторан Андрея Деллоса «Манон» на улице 1905 года. Когда мы встречаемся там, я спрашиваю его про его обычный день. Он смеется и начинает рассказывать про то, как он встает в 7 часов, про свои утренние тренировки и про то, как дочери ежедневно «докладывают» ему о своих успехах за предыдущий день — так, по его словам, они развивают память (девочкам Мильнера четыре и пять лет, и они уже говорят по-английски и занимаются шахматами).
Говорят, о человеке можно многое понять по его письменному столу в офисе и по его дому. В случае с Мильнером это будет сделать непросто. Чем украсить кабинет миллиардер вообще не думает: для этого у него есть жена-художница Юлия (которая, кстати, не пользуется Фейсбуком), и именно ее картины и фотографии висят на стенах. Его рабочие столы в офисе и квартире девственно чисты — за исключением телефона и кабелей, к которым можно подключить ноутбук. Порой даже складывается впечатление, что письменным столом он вообще не пользуется. Но это не значит, что Мильнер бездельничает. Его день расписан по минутам, на него круглосуточно работают три секретаря, которые пытаются «утрясти» его график.
Московский дом Мильнера тоже не выбивается из этой схемы. Стены его пентхауса раскрашены в убийственно яркие цвета: оранжевый, лиловый, зеленый. В квартире огромные окна с видом на город. Мраморные полы и три камина. Но вместо бесполезных украшений почти на каждой стене висит постоянно работающий плоский телевизор (только в гостиной и жилой зоне их девять, не считая трех в домашнем кабинете). На экранах – CNN, Bloomberg, CNBC, трансляция упоминаний DST, Mail.ru и других компаний Мильнера в Twitter, а также Discovery Channel: техно-миллиардер постоянно чувствует информационный голод. Переговоры он ведет по iPhone, а из блогов читает на своем iPad (в основном ночью) записки венчурных инвесторов Фреда Уилсона (Fred Wilson), Билла Герли (Bill Gurley) и Бена Горовица (Ben Horowitz), а также просматривает Hacker News основателя Y Combinator Пола Грэма (Paul Graham). Грэмом он искренне восхищается, ведь тот, по его словам, «находит таланты и взращивает их, и очень предан молодым предпринимателям».
Из-за разницы во времени с Сан-Франциско Мильнер много работает по ночам, из-за чего спит лишь 4-5 часов в сутки. Режим требует жертв: мужчина питается только здоровой пищей (лосось на гриле, салат, на десерт — фрукты и обезжиренный чизкейк: «Юля строго следит за сахаром», – замечает он). На развлечения времени тоже нет. Последним фильмом, который Мильнер посмотрел, стала «Социальная сеть» – просто потому что этого требовала работа. От двух до трех недель за месяц он проводит в постоянных разъездах — Сан-Франциско, Лондон, Китай, зато в своем загородном доме на Волге не был уже почти год. Удивительно, но миллиардер летает по свету не на частом бизнес-джете, а рейсами самых обычных авиакомпаний. И часто берет с собой жену и дочерей, потому что иначе ему слишком редко удается их видеть.
Из-за сфокусированности Мильнера на работе жена называет его «роботом». А член совета директоров Facebook Марк Андрессен отзывается о сотрудниках DST как о «ходячих энциклопедиях по вопросам бизнеса в интернете», и это неудивительно. Все, кто работают с Мильнером, знают: его внешняя сдержанность — лишь прикрытие для бешеного ритма жизни, и если он позвонит своему сотруднику в 2 часа ночи с какой-нибудь новой идеей, тому лучше забыть про сон и за несколько часов подготовить нужный боссу материал. Возможно именно поэтому миллиардер предпочитает работать с молодежью и говорит, что хочет, чтобы тем, кто на него работает, было в районе 25 лет — то есть, чтобы они были примерно вдвое его младше. Он вообще верит в молодежь: нынешний генеральный директор Mail.Ru Дмитрий Гришин получил от Мильнера полную свободу уже в возрасте 22 лет.
Я расспрашиваю Мильнера про детство и юность — и тут выясняется, что он все еще немного обижен на свою старшую сестру, которая на восемь лет его старше. «Я так хотел общаться с ней и ее друзьями, но они не принимали меня в свою компанию», – рассказывает он. Его мать была врачом-эпидемиологом, а отец, Борис Мильнер, преподавал экономику и был одним из главных специалистов в СССР по американскому менеджменту, постоянно ездившим в командировки за границу. Причем отец-интеллектуал не особенно одобрял то, что его сын в конце 80-х бросил академическую карьеру и подался в бизнес, начав торговать компьютерами. Так что совершенно неудивительно, что именно он сподвиг Юрия вернуться к учебе и получить MBA в знаменитой бизнес-школе Уортон (там Мильнер-младший стал первым студентом-неэмигрантом из бывшего СССР). По окончании Уортона будущий миллиардер несколько лет проработал в отделении Всемирного банка в Вашингтоне, но как сам говорит, для него это были для него «потерянные годы»: в России в это время как раз шла приватизация.
В Россию Мильнер вернулся в 1995 году, когда Михаил Ходорковский позвал его в инвестиционно-брокерскую компанию «Альянс-Менатеп». Примерно тогда он и познакомился со своим будущим многолетним партнером – директором московского офиса хедж-фонда New Century Holdings Григорием Фингером, который и уговорил его уйти в венчурный бизнес. Но когда я спрашиваю Мильнера о том, какие еще люди, кроме Фингера и Ходорковского оказали влияние на его взгляды, и он неожиданно называет… Андрея Сахарова. Помимо общей альма-матер (и Мильнер, и Сахаров закончили физический факультет МГУ), они однажды встречались в Америке и нашли общий язык: по словам совладельца DST, Cахаров всегда пытался смотреть в будущее и предсказать, что ждёт науку через 5-10 лет, а он пытается сделать то же самое в отношении того, как будет развиваться интернет.
Прогнозы-прогнозами, а осторожность не помешает. Если сегодня миллиардер Мильнер смело вкладывает деньги в интернет-бизнес, то когда-то, когда он только начал инвестировать в интернет-проекты, часть своего капитала он оставил в акциях более надежных «нетехнологических» компаний — Газпрома, «Норильского Никеля» и Альфа-Банка.
Еще одна вещь, которая осталась у Мильнера от его прошлого ученого-физика — это его любовь к числам и формулам. Он даже говорит, что мы сегодня живем в «век математиков», и власть и богатство будут принадлежат тем, кто может создать алгоритм распределения информации, диктующий, что и кому можно или нельзя знать. Формулы он использует и в работе. Когда я спрашиваю, не боится ли он того, что Facebook и другие социальные медиа окажутся очередным технологическим «пузырем», Мильнер отвечает, что у него есть свои математические расчеты для оценки бизнесов. «Формула Мильнера» учитывает все сделки с интернет-активами стоимостью свыше $100 млн за три месяца. Если в более чем половине сделок компания имеет P/E больше, чем темп роста её прибыли, то это говорит о пузыре.
